Как я стал психологом

Я лежал на кушетке и нервно смотрел на психолога, не реагировавшего на мои раздраженные взгляды и продолжавшего улыбаться, как будто мы встречаемся с ним в первый раз и ему ничего не известно о моем взрывном характере.
Запишитесь в клуб Открытого телеканала, чтобы получать уведомления о новых проектах, приглашения в студию на телепередачи и на мероприятия в городах.
@

Поделиться проектом с друзьями:

— Итак, – сказал психолог,  — я вижу вас уже третий раз, но так и не понял, в чем ваша проблема.

— Доктор, доктор, я прошу, не расстраивайтесь. Я попробую все объяснить, хоть это будет непросто. Итак, я всю жизнь мечтал быть свободным…

— Свободным, – засмеялся психолог. — Да кто не хочет быть свободным, покажите мне его!

— Вот именно! – я так и подскочил на кровати. — Вот именно! Все хотят быть свободными, но не знают от чего! Одни уезжают с семьей подальше от цивилизации, другие считают, что жена и муж должны жить в свободных отношениях. Третьи, как Раскольников из книги Достоевского «Преступление и наказание», считают свободой возможность убивать других. Кому-то казалось, что быть свободным — это быть как хиппи — отрастить волосы, петь под гитару и ругать действия правительства…

— Я думаю, что могу ответить на ваш вопрос, молодой человек. Мы живем в Израиле, самом демократическом государстве на Ближнем Востоке. Если с вами что-то случиться, есть судебная защита, заболеете — вам могут сделать самую сложную операцию, самую уникальную. Если захотите получить высшее образование — пожалуйста. Можно учиться или в стране, или за границей. Есть только одна деталь — чтобы получить все эти блага и права, вам нужно много, очень много денег. И все. Вот вам и свобода, молодой человек. И нет другой!

— Я не согласен, – возразил я. — Богатый человек будет зациклен на самого себя. Он должен следить за оборотом своих денег, проверять честность своих директоров, задабривать прессу…  Я не видел более озабоченных людей, чем миллиардеры.

— Ну, хорошо, — сказал мой психолог. — Я так понял, что вы сделали много попыток отыскать свободу?

— Все возможности, которые у меня были, я испробовал. Даже был в Индии, где, достигнув уровня «Ламы», обучал йоге учеников. Но до моего приезда в Израиль, я не только не получил свободу, но даже не нашел ответа на вопрос: от чего нужно быть свободным? А ведь без этого невозможно ничего предпринять!

— А в Израиле вы поняли, что такое свобода?

— Да, я узнал, что такое свобода, начав заниматься здесь каббалой. Свобода — она от своего эгоизма. Вот что такое настоящая свобода! Свобода от той программы, по которой живет каждый человек. Живет и умирает.

Так для чего Вы пришли ко мне, если лучше меня знаете, что такое свобода? – с лица моего психолога потихоньку начала слезать вежливая улыбка и появилось выражение недовольства.

Я пришел к вам, чтобы посоветоваться в связи с новыми ощущениями, которые стали сопровождать меня.  Я стал чувствовать боль других! Вы понимаете меня? Солдата убили – это во мне погиб солдат. Юг страны обстреливают – центр страны даже не волнуется. А меня просто сжигает стыд, что я виноват в этой ситуации. Поэтому я и пришел, чтобы вы немного успокоили меня. Я думал, что вы как раз…

И тут произошло нечто неожиданное. Лицо психолога изменилось. Оно стало неприятно подобострастным. Он прервал меня на полуслове, схватил мою руку и прижал к сердцу:

— А у меня происходит все наоборот. Спасите меня. Я совершенно бесчувственный тип. У меня нет стыда, и я никого не чувствую. Даже жена ушла от меня по той же причине. Детей забрала. Сказала мне, что я черствый и никчемный человечек. Я люблю только деньги, сплю на них и ищу выхода из ситуации. А моя собака… Даже моя собака не может со мной примириться! Эта тварь все время лает на меня, как будто я для нее чужой. И сейчас, когда я тебя услышал, то понял, что ты – мой выход, мое спасение. Я так долго тебя ждал. Научи меня быть чувствительным к другому человеку!

И после этих его слов, я вдруг понял, что это совсем неплохо — чувствовать боль другого. Это гораздо лучше, чем быть законченным эгоистом. И если бы таким чувством обладали члены Кнессета, то немедленно бы был решен вопрос с пенсиями, а партии в Кнессете не требовали бы распределения бюджета только для себя. Не делился бы Израиль на общины, и никто бы не враждовал друг с другом за правильное толкование Торы.

И еще: я вдруг посмотрел на психолога и совершенно ясно почувствовал, что мы с ним поменялись ролями, и с этого момента уже я стал его личным психологом.


Отправить ответ

avatar
  Subscribe  
Notify of