Мы собрались в пристройке. Там было прохладно, гудел кондиционер. Было нас человек пятьдесят и мы ждали Мэтра, приехавшего из далекой страны, бывшей когда-то нашей родиной.
Запишитесь в клуб Открытого телеканала, чтобы получать уведомления о новых проектах, приглашения в студию на телепередачи и на мероприятия в городах.
@

Поделиться проектом с друзьями:

Кафе состояло из небольшого помещения со стеклянной пристройкой и открытой веранды, обнесённой забором и увитой диким виноградом. За забором начинался лабиринт невысоких строений, а за ними — невидимое из кафе море. Но в такую жару не спасала и близость к морю. Тяжелый зной стоял над морем, как и над городом, а с поблёкшего неба накатывали волны жара.

Мы собрались в пристройке. Там было прохладно, гудел кондиционер. Было нас человек пятьдесят и мы ждали Мэтра, приехавшего из далекой страны, бывшей когда-то нашей родиной.

Давно, десятки лет назад мы её покинули и вернулись на землю, откуда вышли наши предки. Это был сознательный выбор и, наверное, мы о нём не жалели, но и ту, оставленную страну мы тоже не смогли позабыть. Ночами она нам грезилась в ностальгических снах, мы следили за ней в телевизионных и газетных (а ныне и интернетных) новостях и происходившее там переживали так, как будто оно происходило с нами.

Мэтр был воплощением тех самых десятилетий. Для оставленной нами страны это были годы бурь, потрясений и нескольких кровопролитных войн. Она уже давно не была такой, какой сохранилась в нашей памяти. Мэтр активно участвовал во всём, что страна переживала, и переживал это вместе с ней. А потом воплощал пережитое в телепередачах, фильмах и статьях. Они были яркие и острые, Мэтр не щадил оппонентов, но не щадил и себя. Он не боялся взглянуть в глаза своему прошлому и отбросить тот груз, который мешал ему двигаться в будущее.

И вот мы ждали его в стеклянной пристройке.

Мэтр появился в сопровождении нескольких знакомых. Он не прошел сразу к нам, а присел за столик на веранде и подозвал официанта. Мэтру принесли арбуз и он стал его есть. Его друзья подсели за тот же столик и они начали что-то обсуждать.

Мы сидели в пристройке и наблюдали за всем через стеклянную стену. Мэтр ел арбуз. Он неторопливо отрезал кусочки и подносил их ко рту. Иногда рука замирала, и, держа арбуз на весу, он высказывал какую-то мысль. Потом арбуз отправлялся в рот. Мы смотрели. Прошло десять минут и пятнадцать, и двадцать. Мэтр ел. Его друзья что-то ему втолковывали, а он продолжал есть. А мы смотрели.

Наконец Мэтр оторвался от арбуза и прошёл к нам. Началась беседа. Он приступил сразу к главному, стал рассказывать о том, что происходит там, откуда он приехал. Его фразы были хлёсткими и точными. Их хотелось записывать.

Короткий южный вечер перешёл в ночь и Мэтр закончил беседу. Он завершил её такими словами: «Можно, я вернусь к арбузу?» Но к арбузу он вернулся не сразу, а ещё долго стоял, отвечал на вопросы, давал автографы и фотографировался. Потом всё-таки вернулся за свой столик. А мы тоже расселись по столикам, пили вино и делились впечатлениями от услышанного…

***

…С неба накатывали волны жара. Мэтр впервые был в этой далёкой южной стране, но очень много о ней слышал и давно хотел приехать. Древняя и новая, отстроенная с нуля, она не могла не привлечь его внимания. А ещё в ней жили люди, которые когда-то жили рядом с ним, с Мэтром. Но вдруг они поднялись и уехали, хотя наперёд знали, что их там ждёт зной, тяжелый труд, а иногда и необходимость воевать. И ностальгия, которая бессонными ночами режет ножом сердце. Но они всё-таки сделали свой выбор и Мэтр хотел посмотреть на этих людей.

Он поселился в гостинице у моря, недалеко от кафе, где должна была проходить беседа, и решил прогуляться пешком. Но погода была явно не для прогулок. Мэтр оделся так, как подобает Мэтру, — в тёмную пиджачную пару и туфли ей под цвет. И он с завистью глядел на местных жителей в шортах, майках и сандалиях на босу ногу. Мэтру хотелось пить. И даже больше, чем пить, ему хотелось кусок ледяного арбуза. Поэтому сразу по приходе он спросил распорядителя: «Есть у меня время съесть пару кусочков арбуза?»

Время позволяло и Мэтр присел на веранде. Принесли арбуз, сочный, чудесно холодный, отсвечивающий алым на срезах. С каждым проглоченным куском в Мэтра вливались силы и он уже был готов пройти к тем, кто ждал в пристройке, но тут за столик подсел его старый товарищ, друг детства и по совместительству импресарио, тот, кто организовал ему поездку.

Он начал говорить о чём-то, по его мнению, очень важном. Мэтр порывался встать, но тот не успокаивался, настаивал и, в конце концов, пришлось подчиниться. Мэтр понимал, что его ждут, но не мог вырваться. Оставалось выказывать внимание, кивать головой, а иногда и отвечать. И есть арбуз, который в данных обстоятельствах даже потерял свой вкус.

Наконец, друг детства оставил Мэтра в покое, и тот поспешил к ждавшим его людям. Началась беседа. Острая и яркая, как и все беседы с ним. А потом были ответы на вопросы, автографы и фотографии. Но воспоминания об арбузе сидели внутри и вырвались неожиданной фразой в конце беседы. К счастью, над ней только посмеялись…